Филимонов из Шанхая на Яву Хартлингу

Письмо Б.Б.Филимонова из Шанхая  К.Н. Хартлингу (копия, машинопись)

6-е марта 1936 года
Дорогой и глубокоуважаемый Кирилл Николаевич:
Оба Ваших письма с приложением оригинала и дубликата чека на семь английских паундов стерлингов я получил давным давно. Пишущая машинка была сразу заказана нашей конторой и ее Вы должны получить примерно дней через 40-50 – самое большое 60 с этого дня, т.е. с 6-го февраля. Иными словами почти одновременно с сим письмом придет к Вам и пишущая машинка. Очень и очень прошу простить, что до настоящего дня не собрался написать Вам, подтвердить получение чека, отдачу заказа и вообще поделиться последними своими новостями.
За поздравления и пожелания Ярославу Тамара Семеновна и я сердечно благодарим Вас. Парнишка растет. Спокойный. Кушает, спит. Здоровяк. Как-бы только его не сглазить. 23-го февраля т.е. 3-1/2 месяца весил 14-1/2 английских паундов. Это, говорят, очень хорошо.
К письму сему прилагаю листок с получкой/ отправкой писем за февраль месяц. До этого учета не вел, а теперь начал. Думаю, что таким казенным перечнем отчасти можно будет заменить длинную перепись каждому и всякому о сем малозначном отделе. Если Вы что-либо думаете иначе – то сообщите пожалуйста.
Посылаю Вам будущую книгу N6 – несколько обработанные записки Д.И.Решетникова. Прочтите пожалуйста. Сделайте заметки на отдельном листке и пришлите этот листок мне. Записки- же оригинал направьте Решетникову по адресу …
А копию Ефимову по адресу…
Ефимова попросите так же сделать заметки и таковые направить мне. Заметки прошу делать не столь фактической, сколь по части литературно-художественной. В первую же голову прошу сообщить общее впечатление от этой работы, о главном действующем лице и проч. Если Петрушевский еще не уехал, то пошлите и ему прочесть (но вряд ли у него сейчас будет время на чтение, коли уезжает 1-го апреля).

О несчастье с Вашими глазами Петрушевский написал мне даже ранее Вас самих. Штука эта очень серьезная, а потому шутить с нею нельзя. Тамара Семеновна говорила и говорит: «Ты напиши Кириллу Николаевичу, что, если он надумает и дальше писать одним больным глазом, то ты с ним прекратишь переписку на время болезни его глаз». Это, конечно, предложение весьма крутое, но Вы не можете не согласиться, что что, а глаза нужно беречь, ибо без глаз и человек уж совсем не то. Особенно беречь приходится в тропических странах. Скажу я Вам, что и у меня было давно, еще в 1926 году, я ничего не видел в течении одного часа(мне резнуло глаза ярким солнцем на снежно-белом здании Гонконг-Шанхайского банка в Шанхае), а второй раз «удар» был иного порядка, я не терял совершенно зрения, как в первый раз, но стал видеть все как в дымке и это продолжалось более месяца. Кончилось тем, что я стал летом носить темные очки, а до этого времени их совершенно не носил.
Из перечней можете видеть, что меня за истекший месяц забомбардировали книгами – чешскими преимущественно, но получил таки и из Америки от профессора (?) доктора Фишера Стендфордского университета. С ним я переписки не вел. Почему это он прислал мне книгу – определенно сказать не могу.
Петрушевскому передайте, пожалуйста, привет и поблагодарите за письмо, отвечу вскоре.
От генерала Чернавина получил письмо в самых последних числах января, но до чих пор так же ничего не ответил:
Дело в том, что сейчас закрываем окончательно наши книги, а потому работы в конторе масса. В обед я не езжу домой.
Прошу Вас: пожалуйста, собирайте Ваши Яванские марки любого достоинства и ценности. У Вас ведь они никому не нужны, как у нас китайские. Третьяков выдвинул этот «марочный» вопрос и я думаю, что это действительно маленькое дело, ибо в Чехии и в Бразилии яванские марки редкость, как и их у Вас и у нас.
15-ое марта 1936 года
Продолжаю свое письмо. Мне очень много приходится это время работать в конторе. Глаза мои сильно утомились. Вчера я работал (суббота) опять весь день. Поэтому моя домашняя работа совершенно стала. Надеюсь, что Вы мне простите столь длинное молчание. К осени на работу наверное, придется надеть очки.
Вчера получил от Вас связку записок генерала Чернавина. Если вскоре будете писать ему, то сообщите, что я в самом непродолжительном времени напишу ему.
Перед Петрушевским так же извинитесь за меня за мое молчание на его любезное, интересное и большое письмо.
Пока кончаю. О своих новостях сообщу позднее.
Будьте здоровы, храни Вас Господь Бог.

Искренне Ваш уважающий
Ваш
Только что получил письмо из Индо-Чайны от хорунжего Урянхайского, коему меня рекомендовал полковник Фрейберг. Благодарю опять же Вас.

Источник

Собственный архив (редакция журнала «Вестник Общества Русских Ветеранов Великой войны в Сан-Франциско, из неопубликованных материалов, редактор М.Блинов)